Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
История львовских аптек
 
Аптеки Львова
Игорь Клех (09/06/03)

'Пока, наконец, на углу улицы Стрийской мы не
входили в тень аптеки. Большая банка с малиновым
соком, выставленная в широком аптечном окне,
символизировала холод бальзамов, которым можно
было утолить здесь любое страдание.'

Бруно Шульц 'Август'

 
  
 

Аптека обычно в нашем представлении связывается со стерильностью, минималистской эстетикой и тихой деловитостью. Она оживает во время эпидемий гриппа, а в промежутках между ними - особенно по утрам - в ней царит затишье, как в районной библиотеке.
Аптеки Львова более всего напоминают внешне букинистические лавки: старинные интерьеры и мебель, высокие застекленные шкафы, ящички картотек, нередко антресоли или металлические балконы по периметру. Как и почему советская власть, все унифицировавшая, не тронула их - загадка. Наверное, уж больно хороши были, и кто-то из высокопоставленных чиновников аптекоуправления или заслуженных фармацевтов вступился за них. Далеким от идеологии медикам позволялось быть просвещенными консерваторами - и интерьеры большинства львовских аптек, расположенных в центральной части города, уцелели. Они разбросаны были и вживлены в ткань его кварталов, подобно каютам давно пошедшего на дно 'Титаника'. В них задержался ностальгический аромат цивилизации, еще не знакомой с мировыми войнами - будто фармацевтам был известен и передавался из поколения в поколение секрет консервации прошедшего времени. Большинство этих интерьеров относится к концу XIX - началу XX веков. До прихода Советов вместо порядковых номеров у них всех были личные имена - как у кораблей, ресторанов, кондитерских: 'Под черным орлом' (1775), 'Под золотой звездой' (1828), 'Под золотым оленем' (середина XIX века), 'Под Фемидой' (1901), 'Под венгерской короной' (1902), 'Под Святым Духом' (1913), 'Под Святым Иоанном' (1915) и так далее - до сентября 1939 года.
Тебя посылали в аптеку на угол купить каких-нибудь порошков и горчичников или заказать микстуру. Аптека могла быть уже новой, похожей на десятки других таких же - с большими витринными стеклами и типовым прилавком. Ты становился в хвост очереди и, дойдя до застекленного кассового окошка, вдруг выпадал из времени и напрочь забывал - за чем же тебя послали сюда? Лязг и хруст шестеренок, мелодичный звон и подпружиненные щелчки, сопровождавшие обслуживание каждого покупателя, исходили от американского кассового аппарата 'Огайо', помнившего героев вестернов и сиявшего матовым тисненым серебром, будто инкрустированная рукоятка дорогого револьвера с вращающимся барабаном, помогавшего делать такие предложения, от которых невозможно было отказаться. Что тогда говорить о центральных аптеках с травлеными стеклами - с которых, будто туманные призраки, выступали безымянные персонажи античной мифологии, - с воинством старинных аптечных пузырьков и фарфоровыми банками с вплавленными надписями прописной латынью на боку, с ореховым и красным деревом панелей, отливающим червонным золотом, потемневшими латунными ступками, резьбой, ковкой и литьем, и прочим скарбом - сиречь, сокровищами! Царствовала и продолжает царствовать над всеми ними, конечно же, аптека музей, выходящая углом на площадь Рынок ренессансной застройки - средневековый центр города со зданием ратуши посередине. Ее обожают туристы и экскурсоводы. Музеем она сделалась в советские 60-е годы, в 80-е расстроена - отремонтированы были (или восстановлены реставраторами по аналогии) подвалы, лестницы и чердаки этого здания, возведенного в 1775 году на месте дома, купленного армейским провизором Вильгельмом Ф. Наторпом, где и была им открыта в компании с Карлом Шерфом старейшая из сохранившихся в городе аптек (как раз напротив Черной каменицы, или палаццо Бандинелли - первой в городе почты, открывшейся полутора веками ранее - дверь в дверь). Только здесь вы можете купить пузырек с так называемым железным вином - дозу бодрящего темного сиропа, с вяжущим вкусом и эффектом плацебо - сувенир на память о пребывании в старинном городе.
Но, воля ваша, я больше люблю другие аптеки, не страдающие от наплыва туристов и ведущие более органичную жизнь. 'Любить аптеки' звучит сюрреалистически, как 'изысканный труп хлебнет молодого вина' - сказать что-то такое может себе позволить только чудовищно здоровый человек. Нет, я болею, как все - и во Львове, и в Москве теперь. Но в аптеки ведь ходят не сами больные, а их родственники или близкие: болезнь в них, со всей ее физиологией, как бы отгорожена щадящей ширмой, а набор средств, респектабельность стоящих за аптеками науки и международной кооперации производителей, загадочные 'каляки' на рецептах и ученый язык терпеливых служителей - все это вместе внушает твердую надежду, что нет такой болезни, от которой нельзя было бы вылечить, нет таких страданий, которые нельзя было бы облегчить (см. эпиграф литературного классика Галиции) - все обойдется, больные подымутся с постелей, выпишутся из больниц. За это и можно любить аптеки. И за хранимый ими здравый смысл: можно ли было в советской среде оставить этот немой укор заболеванию духа и дегенерации материи?!
Жан-Мишель Баския

В безумии может быть своя красота, но не может быть какой-то не скоропортящейся правды. И я безумно люблю самую красивую из львовских 'аптечных' историй - все приводимые факты поддаются проверке, это не легенда. В ней зафиксирован причудливый сюжет изобретения первой в мире керосиновой лампы.
Северо-восточные предгорья Карпат сочились нефтью, однако описываемые события происходили задолго до изобретения двигателя внутреннего сгорания, дизельного мотора и реактивной авиации, когда не очень ясно было еще, какую пользу может принести человеку нефть. И вот один предприниматель из Борислава, желая все же выжать какую-то пользу и извлечь выгоду из этой маслянистой жидкости, доставил во Львов огромную бочку нефти. Он сгрузил ее в самом центре города у аптеки 'Под золотой звездой' (ныне ул. Коперника, 1), договорившись с фармацевтами, что за щедрое вознаграждение они найдут способ перегнать нефть в алкоголь - таков был его план фантастического обогащения. Йоган Зег и Игнацы Лукасевич, лучшие специалисты в своем деле, забросив приготовление лекарств, бились больше месяца с неаппетитной жижей - заказчик уже стал терять терпение, - но спирт у них так и не получился. Зато в процессе дистилляции, при нагревании нефти в промежутке температур от 150 до 3150 Цельсия, они научились выделять из нее какую-то похожую на мочу горючую жидкость - это был керосин. С паршивой овцы хоть шерсти клок: не сумев перегнать нефть в водку, они соорудили осветительный прибор - стеклянный цилиндр из двух отделений с выведенным в верхнюю часть фитилем. Так был создан опытный образец первой в мире керосиновой лампы, служащей и поныне источником света кое-где в глухих местностях Карпат. Тогда же шел 1853 год, до изобретения Эдисоном электрической лампочки оставалось еще четверть века.
Дальше история темная: по некоторым сведениям все участники предприятия перессорились друг с другом, заказчик увез опытный образец лампы в столицу, Вену, где поначалу с большим успехом демонстрировал ее, но, будучи по своей природе 'выскочкой', быстро сгинул в ней без следа вместе с лампой, засосала столичная жизнь - наверное, запил. В результате Львов получил несколько несуразный и быстро вышедший из употребления дополнителный предмет для гордости, а аптекари - пионеры прогрессивных видов освещения - строчку в энциклопедиях (в которой поляки оставляют у себя только одну фамилию - Лукасевича).
Такой вот 'аптечный' след во всемирной истории изобретений, неожиданно для автора придавший этому ностальгическому очерку о львовских аптеках жанровые черты басни или даже притчи.




ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ
АПТЕЧНОГО ДЕЛА В ГАЛИЦИИ

(XIII-нач. XX вв.)
Наталия Бенюх
(Львов, Украина)

В развитии галицкой фармации от зарождения ее в XIII в. и до формирования прообраза современной аптеки в начале XX в. выделяются три основных этапа.
На первом этапе - в период княжеского правления (1256-1349) - стали возникать больницы с аптеками при львовских храмах. Лечебная практика базировалась в оснсвном на традициях народной медицины.
Второй этап, исторически связанный с первым польским периодом (1349-1772), отмечен строительством во Львове водопровода (1404) и очистной системы, приглашением в XV в. из европейских стран первых дипломированных врачей и аптекарей, появлением аптекарей - украинцев (Василий Русин, 1445), открытием во Львове первой официальной публичной аптеки (1490), основанием цеха цирюльников (1512).
В XVII в. во Львове работали 15 дипломированных врачей, 5 цирюльников-хирургов и 15 аптекарей. В иерархии средневекового города последние занимали промежуточное место между купцами и ремесленниками. Их социальный статус впервые был определен уставом Львовского цеха аптекарей (1611): "... аптекари, которые хорошо владеют своим делом, как и врачи, приносят городу славу и пользу благородным умом и хорошими науками... имеют привилегии и никак не могут быть причисленными к ремесленникам".
В этот период аптечная сеть Галиции насчитывала всего 23 аптеки, восемь из которых находились во Львове. По своему типу это были аптеки частные, "домашние" или монастырские, и лишь во Львове действовала одна военная аптека.
Третий этап, наступивший после вхождения Галиции в состав Австрийской империи (1772-1918), характеризовался зарождением в регионе государственной фармации в условиях частной собственности.
"Санитарным патентом" (1773) наместника австро-венгерского правительства врачам и аптекарям запрещалось исполнение профессиональных обязанностей без наличия соответствующих дипломов. Этим же документом впервые устанавливался порядок деятельности врачей и аптекарей: врачам запрещалось изготовление лекарств, а аптекарям - самостоятельное лечение больных. За нарушение организации работы аптеки магистрат налагал на владельца штраф. Место умершего владельца аптеки не переходило к членам его семьи, а занималось приглашенным провизором. Аптекари обязывались готовить и продавать лекарства только по рецепту врача, указывая на этикетках свою фамилию.
В конце XVIII - начале XIX вв. галицкие аптеки выполняли двойную функцию: торговых учреждений со своим производством и реализацией лекарств, ветеринарных препаратов, косметических средств и медицинских заведений по оказанию элементарной медицинской помощи. Указанное отразилось и на управлении аптеками: они подчинялись промышленно-торговой палате и медицинской службе городского управления.
В результате правительственного регулирования аптечной службы в XIX в. в Галиции сложилось несколько типов аптек, которые различались между собой как по назначению, так и по форме организации работы: королевские, публичные, военные, окружные, гемеопатические, сельские, домашние и дрогерии (магазины санитарии и гигиены). Наиболее распространенными были публичные аптеки, имевшие рецептурный и экспедиционный отделы, механическую и рецептурную комнаты, склад для материалов, помещение для хранения лекарственных растений, сушильную комнату и библиотеку. Здесь разрешалось готовить фармакопейные препараты, универсальные средства и лекарства с ядовитыми и сильнодействующими веществами, выписанными врачами на специальных бланках. Право на открытие публичной аптеки предоставлялось исключительно докторам химии или магистрам фармации.
Первые окружные аптеки появились в Галиции во второй половине XIX в., что связано с основанием окружных профессиональных объединений, в частности Общества галицких аптекарей во Львове (1868). Как правило, аптекам, возглавляемым председателями профессиональных объединений, предоставлялся статус окружных. Наиболее известной из них была аптека во Львове "Под черным орлом", основанная в 1735 г. военным магистром Вильгельмом Наторптом для обеспечения лекарствами расположенных в городе воинских частей и чиновников Совета города (с 1966 г. - это "Аптека-музей" г.Львова).
С середины XIX в. на территории Галиции стали распространяться гомеопатические аптеки. Как следует из протокола заседания Краевого совета здоровья от 23 июня 1883 г., гомеопатические препараты разрешалось готовить исключительно по рецепту врача и только тем аптекам, которые имели на это право. Врачам, лечившим гомеопатическими средствами, запрещалось содержать домашние аптеки.
В ассортименте галицких аптек XVI-XIX вв. 80% составляли лекарственные средства растительного происхождения, на химикаты приходилось 6,7%-10%, на вещества животного происхождения - 7%-10%. Из лекарственных форм в аптеках готовились настои, отвары, микстуры, капли, сиропы, чаи, порошки, мази, свечи, пластыри. Жесткая конкуренция вынуждала фармацевтов изготовлять также лечебные вина, минеральные воды, мясные бульоны, супы в брикетах, косметические средства и др.
Характерными для галицкой фармации в XIX в. стали проблемы аптекарской монополии, конкурентной борьбы за получение концессии на ведение аптеки, дискриминация прав провизоров-служащих, которые нанимались на работу к владельцам аптек. Это вступало в противоречие с социально-экономическими отношениями и способствовало возникновению в XIX в. профессиональных обществ галицких фармацевтов для борьбы за свои права.
Первый съезд фармацевтов Галиции (1897) наметил конкретные пути решения этих проблем: открытие новых аптек, расширение университетского образования, создание профессиональных обществ при участии владельцев аптек и магистров фармации (служащих), принятие устава пенсионного фонда помощи аптечным работникам и их семьям и др.
Решающее влияние на развитие фармации и увеличение количества аптек на территории Галиции оказал научно-технический прогресс, развитие естественных наук, промышленных отношений, а также деятельность некоторых галицких фармацевтов, способствовавших зарождению местной химико-фармацевтической промышленности.
Отсутствие в то время химической промышленности в регионе привело к тому, что именно аптечные лаборатории стали центрами синтеза и анализа химической продукции, получения химически чистых веществ (алкалоидов, гликозидов) и разработок технологий производства из них новых препаратов, усовершенствования аппаратуры для изготовления более сложных лекарственных форм.
В начале XX в. сформировался многофункциональный фармацевтический комплекс фирмы "Петр Миколяш и Компания", имевший аптеку, научно-химическую лабораторию, магазины санитарии и гигиены, лабораторию стекла и реактивов, склады для оптовой реализации лекарственных средств, гомеопатических препаратов, товаров для дрогерий, производство и склады для растворителей лаков и красок. В первое десятилетие ХХ в. фирма обеспечивала четверть потребностей населения Галиции в лекарственных средствах. Благодаря партнерским связям с известными европейскими предприятиями, фирма расширила собственную производственную базу и в 1910 г. открыла фармацевтическую фабрику "Лаокоон". В 1913 г. на III Международной фармацевтической выставке в Вене продукция Львовской фабрики "Лаокоон" была отмечена золотой медалью и Почетным дипломом. На базе этой фабрики создан современный мощный фармацевтический комплекс "Галичфарм".

 
<банер1Ukraine Фотографии фотографа Александра Толчинского на ФотоФорум.ру Download from FileHippo.com GrafaMania.net - Территория дизайнера и веб-мастера